В дремучих лесах, что раскинулись за стенами древнерусских городов, творилось неладное. Нечисть, давно считавшаяся сказкой для устрашения детей, выползла из чащобы. Её не пугали ни частоколы, ни заговоры деревенских знахарей. Но в этот раз тварям противостоял не простой витязь. Звали его Киберслав, и текла в его жилах не только кровь богатырская, но и холодный ток кибернетики.
Его левая рука, от плеча до кончиков пальцев, была сплетением полимерных мышц и стальных сухожилий. В глазнице мерцал сканирующий окуляр, видящий тепловые следы и ложь на лицах. Он не носил кольчугу — его тело защищала легкая, но прочнее булата кевларовая броня с вплетенными в узоры контурами усиления. Вместо меча у пояса висел компактный излучатель, способный выжечь плазмой каменную глыбу.
Беда пришла в княжий терем. Найден был бездыханным один из младших княжичей, а вокруг — следы, не оставленные ни человеком, ни зверем. Князь, человек старой закалки, с недоверием взиравший на «железные штуковины», вынужден был позвать Киберслава. Тот, кто мог разглядеть правду там, где другие видели лишь морок.
Расследование вело по двум следам. Первый — в боярские хоромы и на шумные торговые площади. Недовольство княжеской властью зрело давно. Озлобленный люд, доведенный до крайности поборами и несправедливостью, шептался в темных углах. Могли ли они пойти на сделку с лесной нечистью, чтобы свергнуть правителя? Среди недовольных Киберслав искал не просто бунтаря, а того, кто знал древние обряды и мог призвать тьму из-за порога миров.
Второй след уводил прямо в чащу. Сканеры фиксировали аномальные энергетические всплески среди вековых дубов. Лесная нечисть — кикиморы, заложные покойники, лешие — вела себя не как обычно. Их атаки стали скоординированными, почти разумными. Кто-то или что-то управляло этой древней силой, направляя её ярость конкретно на княжеский род. Может, сами твари мстили за нарушенные границы, за вырубленные священные рощи?
Киберслав шел по краю двух миров. В городе его полумеханическая фигура вызывала смесь страха и презрения. В лесу стальные имплантаты гудели от близости магических полей, а логические алгоритмы мозга с трудом обрабатывали безумную логику кошмара. Каждый шаг раскрывал новую грань заговора. На обгоревшем пне — след от плазменного заряда, но не его оружия. Среди вещей убитого княжича — амулет с символом, известным лишь в самых темных лесных культах.
Постепенно две нити начали сплетаться в один узел. Недовольный боярин, мечтавший о престоле, нашел себе неожиданных союзников. Он предложил лесной нечисти древние земли и «дань» живой плотью в обмен на власть. Княжеская семья, с её современными охранными системами и кибернетическими стражами, стала главным препятствием для этого союза тьмы и человеческого предательства. Убийство молодого княжича было не просто местью, а ритуалом, скрепляющим пакт, и одновременно пробой сил.
Теперь Киберславу предстояло не просто найти убийцу. Ему нужно было остановить надвигающуюся бурю, где свинцовый дождь стрел смешается с косматыми лапами, а рёв толпы срастется с войом из-за границы реальности. Его стальная рука сжала эмиттер. В глазах, одном живом, другом — оптическом, отразился мрак леса и багровые отсветы пожаров над городскими стенами. Распутав преступление, он стал той самой преградой, которую нужно сломать и людям, и тварям. И битва эта только начиналась.
